Зарегистрируйтесь на сайте и продолжите чтение!

Через социальную сеть

Православная молитва отче наш

Содержание:

 

Отче наш текст молитвы на русском


"Отче наш, сущий на небесах!
Да святится имя Твое;
Да приидет Царствие Твое;
да будет воля Твоя и на земле, как на небе; 
Хлеб наш насущный дай нам на сей день;  
И прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим;
И не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого.  
Ибо Твое есть Царство и сила и слава вовеки. Аминь. (Мф., 6:9-13)"

 

"Отче наш, сущий на небесах!
Да святится имя Твое;
да приидет Царствие Твое;
да будет воля Твоя и на земле, как на небе;
хлеб наш насущный подавай нам на каждый день;
и прости нам грехи наши, ибо и мы прощаем всякому должнику нашему;
и не введи нас в искушение,
но избавь нас от лукавого.
(Лк., 11:2-4)"

Икона «Отче наш» 1813 год


 

Отче наш текст молитвы с ударениями


О́тче наш, И́же еси́ на небесе́х! Да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

 

 

Отче наш текст молитвы по-церковнославянски


Отче наш, Иже еси́ на небесе́х!
Да святи́тся имя Твое́,
да прии́дет Ца́рствие Твое,
да будет воля Твоя,
я́ко на небеси́ и на земли́.
Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь;
и оста́ви нам до́лги наша,
я́коже и мы оставля́ем должнико́м нашим;
и не введи́ нас во искушение,
но изба́ви нас от лука́ваго

 

Икона «Отче наш» из церкви святого Григория Неокесарийского, XVII век.


 

Отче наш текст молитвы по-гречески


Πάτερ ἡμῶν, ὁἐν τοῖς οὐρανοῖς.
ἁγιασθήτω τὸὄνομά σου,
ἐλθέτω ἡ βασιλεία σου,
γενηθήτω τὸ θέλημά σου, ὡς ἐν οὐρανῷ καὶἐπὶ γής.
Τὸν ἄρτον ἡμῶν τὸν ἐπιούσιον δὸς ἡμῖν σήμερον.
Καὶἄφες ἡμῖν τὰὀφειλήματα ἡμῶν,
ὡς καὶἡμεῖς ἀφίεμεν τοῖς ὀφειλέταις ἡμῶν.
Καὶ μὴ εἰσενέγκῃς ἡμᾶς εἰς πειρασμόν,
ἀλλὰ ρυσαι ἡμᾶς ἀπὸ του πονηρου.
 

 

Страница Синайского кодекса Библии IV век, с текстом молитвы «Отче наш». 


Толкование молитвы "Отче наш" святителя Кирилла Иерусалимского

Отче наш, Иже еси на небесех

(Матф. 6, 9). О превеликое человеколюбие Божие! Тем, которые от Него удалились и были в крайней против Него злобе, такое даровал забвение оскорблений и причастие благодати, что и Отцем Его называют: Отче наш, Иже еси на небесех. Небесами же те быть могут, которые носят образ небеснаго (1 Кор. 15, 49), и в которых Бог вселился и ходит (2 Кор. 6, 16).

Да святится имя Твое.

Свято по естеству имя Божие, говорим ли мы то, или не говорим. Но поелику в согрешающих иногда оскверняется, по оному: вами имя Мое всегда хулится во языцех (Исаии 52, 5; Римл. 2, 24). Для того молимся, чтобы в нас имя Божие святилось: не потому, что будто, не быв святым, начнет оно быть святым, но потому, что в нас оно святым делается, когда сами освящаемся и достойное святыни делаем.

Да приидет Царствие Твое.

Чистая душа с дерзновением сказать может: да приидет Царствие Твое. Ибо кто слышал Павла, говорящего: да не царствует убо грех в мертвеннем теле вашем (Римл. 6, 12), и кто очищает себя деянием, и мыслию, и словом; тот может сказать Богу: да приидет Царствие Твое.

Да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли.

Божественные и блаженные Ангелы Божии творят волю Божию, как Давид, воспевая, сказал: благословите Господа, вси Ангели Его, сильнии крепостию, творящии слово Его (Псал. 102, 20). Посему ты, моляся, говоришь сие в таком значении: как во Ангелах Твоя бывает воля, так и на земли во мне да будет, Владыко!

Хлеб наш насущный даждь нам днесь.

Хлеб наш общий не есть насущен. Хлеб же сей Святый есть насущный: вместо того, чтобы сказать - на существо души устрояемый. Сей хлеб не во чрево входит, а афедроном исходит (Матф. 15, 17): но во весь твой состав разделяется, на пользу тела и души. А слово днесь говорится вместо на всяк день, как и Павел сказал: дондеже днесь нарицается (Евр. 3, 13).

И остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим.

Ибо многие мы имеем прегрешения. Потому что согрешаем словом и мыслию, и делаем очень многое, достойное осуждения. И аще речем, яко греха не имамы, лжем (1 Иоан. 1, 8), как говорит Иоанн. Итак, мы с Богом полагаем условие, моляся, чтобы простил нам грехи, как и мы ближним долги. Итак, помышляя, что вместо чего мы получаем, да не медлим и да не откладываем прощать друг другу. Бывающие нам оскорбления малы суть, легки и удобопростительны: а от нас бывающие Богу велики суть, и Его токмо человеколюбия требующие. Итак, блюдися, чтобы для малых и легких противу тебя согрешений ты не затворил самому себе от Бога прощение тягчайших твоих прегрешений.

И не введи нас во искушение (Господи)!

О том ли Господь научает нас молиться, чтобы нисколько не быть нам искушенными? И как же сказано в одном месте: муж не искушен не искусен есть (Сирах. 34, 10; Римл. 1, 28)? и в другом: всяку радость имейте, братие моя, егда во искушения впадаете различна (Иак. 1, 2)? Но войти во искушение не значит ли быть поглощену искушением? Потому что искушение подобно есть некоему потоку, трудному для перехождения. Следовательно, которые, находясь во искушениях, не погружаются в оных, те переходят, как искуснейшие плаватели, не быв потопляемы ими: а которые не таковы, те, вшедши, погружаются, как, например, Иуда, вшедши во искушение сребролюбия, не переплыл, но, погрузившись, утонул телесно и духовно. Петр вшел во искушение отвержения: но, вшедши, не погряз, а мужественно преплыв, от искушения свободился. Послушай еще и в другом месте, как всецелый лик Святых благодарит за избавление от искушения: искусил ны еси, Боже, разжегл ны еси, якоже разжизается сребро. Ввел ны еси в сеть: положил еси скорби на хребте нашем. Возвел еси человеки на главы наша: проидохом сквозе огнь и воду, и извел еси ны в покой (Псал. 65, 10, 11, 12). Видишь ли их, дерзновенно радующихся о том, что прошли, а не увязли? И извел еси ны, говоря, в покой (там же, ст. 12). Войти им в покой, значит освободиться от искушения.

Но избави нас от лукаваго.

Если бы оное: не введи нас во искушение то же значило, что совсем не быть искушаему, то не придал бы но избави нас от лукаваго. Лукавый же есть сопротивный бес, от которого избавиться молимся. По исполнении же молитвы говоришь ты аминь. Запечатлевая чрез аминь, что значит да будет все, что в Богоданной сей молитве содержится.


Текст приводится по изданию: Творения святаго отца нашего Кирилла, архиепископа Иерусалимского. Издание Австралийско-Новозеландской Епархии Русской Православной Церкви Заграницей, 1991. (Репринт с изд.: М., Синодальная типография, 1900.) С. 336-339.



Толкование молитвы Господней святителя Иоанна Златоуста

Отче наш, Иже еси на Небесех!

Смотри, каким образом Он тотчас ободрил слушателя и в самом начале вспомнил о всех благодеяниях Божиих! В самом деле, тот, кто называет Бога Отцом, одним этим наименованием исповедует уже и прощение грехов, и освобождение от наказания, и оправдание, и освящение, и искупление, и сыноположение, и наследие, и братство со Единородным, и дарование духа, так как не получивший всех этих благ не может назвать Бога Отцом. Итак, Христос двояким образом воодушевляет Своих слушателей: и достоинством называемого, и величием благодеяний, которые они получили.

Когда же говорит на Небесех, то этим словом не заключает Бога на небе, но отвлекает молящегося от земли и поставляет его в превыспренних странах и в горних жилищах.

Далее, этими словами Он научает нас и молиться за всех братьев. Он не говорит: «Отче мой, Иже еси на Небесех», но — Отче наш, и тем самым повелевает возносить молитвы за весь род человеческий и никогда не иметь в виду собственных выгод, но всегда стараться о выгодах ближнего. А таким образом и вражду уничтожает, и гордость низлагает, и зависть истребляет, и вводит любовь — мать всего доброго; уничтожает неравенство дел человеческих и показывает полное равночестие между царем и бедным, так как в делах высочайших и необходимейших мы все имеем равное участие. Действительно, какой вред от низкого родства, когда по небесному родству мы все соединены и никто ничего не имеет более другого: ни богатый более бедного, ни господин более раба, ни начальник более подчиненного, ни царь более воина, ни философ более варвара, ни мудрый более невежды? Бог, удостоивший всех одинаково называть Себя Отцом, чрез это всем даровал одно благородство.

Итак, упомянув об этом благородстве, о высшем даре, о единстве чести и о любви между братиями, отвлекши слушателей от земли и поставив их на небесах — посмотрим, о чем, наконец, повелевает Иисус молиться. Конечно, и наименование Бога Отцом заключает в себе достаточное учение о всякой добродетели: кто Бога назвал Отцом, и Отцом общим, тот необходимо должен так жить, чтобы не оказаться недостойным этого благородства и показывать ревность, равную дару. Однако Спаситель этим наименованием не удовлетворился, но присовокупил и другие изречения.

Да святится имя Твое

Говорит Он. Ничего не просить прежде славы Отца Небесного, но все почитать ниже хвалы Его, вот - молитва, достойная того, кто называет Бога Отцом! Да святится значит да прославится. Бог имеет собственную славу, исполненную всякого величия и никогда не изменяемую. Но Спаситель повелевает молящемуся просить, чтобы Бог славился и нашею жизнью. Об этом Он и прежде сказал: Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного (Мф. 5, 16). И Серафимы, славят Бога, так взывают: Свят, Свят, Свят! (Ис. 66, 10). Итак, да святится значит да прославится. Сподоби нас, — как бы так учит нас молиться Спаситель, — так чисто жить, чтобы чрез нас все Тебя славили. Пред всеми являть жизнь неукоризненную, чтобы каждый из видящих ее возносил хвалу Владыке — это есть признак совершенной мудрости.

Да приидет Царствие Твое.

И эти слова приличны доброму сыну, который не привязывается к видимому и не почитает настоящих благ чем-либо великим, но стремится к Отцу и желает будущих благ. Такая молитва происходит от доброй совести и души, свободной от всего земного.

Этого и апостол Павел желал каждодневно, почему и говорил: и мы сами, имея начаток Духа, и мы в себе стенаем, ожидая усыновления искупления тела нашего (Рим. 8, 23). Кто имеет такую любовь, тот не может ни возгордиться среди благ этой жизни, ни отчаяться среди горестей, но, как живущий на небе, свободен от той и другой крайности.

Да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли.

Видишь ли прекрасную связь? Он прежде повелел желать будущего и стремиться к своему отечеству, но доколе этого не будет, живущие здесь должны стараться вести такую жизнь, какая свойственна небожителям. Должно желать, говорит Он, неба и небесного. Впрочем, и прежде достижения неба Он повелел нам землю сделать небом и, живя на ней, так вести себя во всем, как бы мы находились на небе, и об этом молить Господа. Действительно, к достижению совершенства горних Сил нам нимало не препятствует то, что мы живем на земле. Но можно, и здесь обитая, все делать так как бы мы жили на небе.

Итак, смысл слов Спасителя таков: как на небе совершается все беспрепятственно и не бывает того, чтобы Ангелы в одном повиновались, а в другом не повиновались, но во всем повинуются и покоряются (потому что сказано: сильнии крепостию, творящии слово Его - Пс. 102, 20) - так и нас, людей, сподоби не в половину творить волю Твою, но все исполнять, как Тебе угодно.

Видишь ли? - Христос научил и смиряться, когда показал, что добродетель зависит не от одной только нашей ревности, но и от благодати небесной, и вместе с тем заповедал каждому из нас во время молитвы принимать на себя попечение и о вселенной. Он не сказал: «да будет воля Твоя во мне» или «в нас», но на всей земли - то есть, чтобы истребило всякое заблуждение и насаждена была истина, чтоб изгнана была всякая злоба и возвратилась добродетель и чтобы, таким образом, ничем не различалось небо от земли. Если так будет, говорит Он, то дольнее ничем не будет различаться от горнего, хотя по свойству они и различны; тогда земля покажет нам других ангелов.

Хлеб наш насущный даждь нам днесь.

Что такое хлеб насущный? Повседневный. Так как Христос сказал: да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли, а беседовал Он с людьми, облеченными плотью, которые подлежат необходимым законам природы и не могут иметь ангельского бесстрастия то, хотя и повелевает нам так исполнять заповеди, как и Ангелы исполняют их, однако снисходит к немощи природы и как бы так говорит: «Я требую от вас равноангельной строгости жизни, впрочем не требуя бесстрастия, поскольку того не допускает природа ваша, которая имеет необходимую нужду в пище».

Смотри, однако, как и в телесном много духовного! Спаситель повелел молиться не о богатстве, не об удовольствиях, не о многоценных одеждах, не о другом чем-либо подобном - но только о хлебе, и притом о хлебе повседневном, так чтобы нам не заботиться о завтрашнем, почему и присовокупил: хлеб насущный, то есть повседневный. Даже и этим словом не удовлетворился, но присовокупил вслед затем и другое: даждь нам днесь, чтобы нам не сокрушать себя заботой о наступающем дне. В самом деле, если ты не знаешь, увидишь ли завтрашний день, то для чего беспокоишь себя заботой о нем? Это Спаситель заповедал и далее затем в своей проповеди: Не заботьтесь, — говорит, — о завтрашнем дне (Мф. 6, 34). Он хочет, чтобы мы всегда были препоясаны и окрылены верою и не более уступали природе, чем сколько требует от нас необходимая нужда.

Далее, так как случается грешить и после купели возрождения (то есть Таинства Крещения. — Сост.), то Спаситель, желая и в этом случае показать Свое великое человеколюбие, повелевает нам приступать к человеколюбивому Богу с молением об оставлении грехов наших и так говорить: И остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должникам нашим.

Видишь ли бездну милосердия Божия? После отъятия стольких зол и после неизреченно великого дара оправдания Он опять согрешающих удостоивает про щения. <…>

Напоминанием о грехах Он внушает нам смирение; повелением отпускать другим уничтожает в нас злопамятство, а обещанием за это и нам прощения утверждает в нас благие надежды и научает нас размышлять о неизреченном человеколюбии Божием.

Особенно же достойно замечания то, что Он в каждом вышесказанном прошении упомянул о всех добродетелях, а этим последним прошением еще объемлет и злопамятство. И то, что чрез нас святится имя Божие, есть несомненное доказательство совершенной жизни; и то, что совершается воля Его, показывает То же самое; и то, что мы называем Бога Отцом, есть признак непорочной жизни. Во всем этом уже заключается, что должно оставлять гнев на оскорбляющих нас; однако Спаситель этим не удовлетворился, но, желая показать, какое Он имеет попечение об искоренении между нами злопамятства особо говорит об этом и после молитвы припоминает не другую какую заповедь, а заповедь о прощении, говоря: Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит вам Отец ваш небесный (Мф. 6, 14).

Таким образом это отпущение первоначально зависит от нас, и в нашей власти состоит суд, о нас произносимый. Чтобы никто из неразумных, будучи осуждаем за великое или малое преступление, не имел права жаловаться на суд, Спаситель тебя, самого виновного, делает судиею над самим Собою и как бы так говорит: какой ты сам произнесешь суд о себе, Такой же суд и Я произнесу о тебе; если простишь своему собрату, то и от меня получишь то же благодеяние – хотя это последнее на самом деле гораздо важнее первого. Ты прощаешь другого потому что Сам имеешь нужду в прощении, а Бог прощает, Сам ни в чем не имея нужды; ты прощаешь сорабу, а Бог - рабу; ты виновен в бесчисленных грехах, а Бог безгрешен

С другой стороны, Господь показывает Свое человеколюбие тем, что хотя бы Он мог и без твоего дела простить Тебе все Грехи, но Он хочет и в этом благодетельствовать Тебе, во всем доставлять тебе случаи и побуждения к кротости и человеколюбию - гонит из тебя зверство, угашает в тебе гнев и всячески хочет соединить тебя с твоими членами. Что ты скажешь на это? То ли, что ты несправедливо потерпел от ближнего какое-либо зло? Если так, то, конечно, ближний согрешил против тебя; а если ты претерпел по справедливости, то это не составляет греха в нем. Но и ты приступаешь к Богу с намерением получить прощение в подобных и даже Гораздо больших грехах. Притом еще прежде прощения мало ли получил ты, когда уже научен хранить в себе человеческую душу и наставлен кротости? Сверх того и великая награда предстоит тебе в будущем веке, потому что тогда не потребуется от тебя отчет ни в одном грехе твоем. Итак, какого будем достойны мы наказания, если и по получении таких прав оставим без внимания спасение наше? Будет ли Господь внимать нашим прошениям, когда мы сами не жалеем себя там, где все в нашей власти?

И не введи нас во искушение, но избави нас от лукаваго. Здесь Спаситель явно показывает наше ничтожество и низлагает гордость, научая нас не отказываться от подвигов и произвольно не спешить к ним; таким образом и для нас победа будет блистательнее, и для диавола поражение чувствительнее. Как скоро мы вовлечены в борьбу, то должны стоять мужественно; а если нет вызова к ней, то должны спокойно ожидать времени подвигов, чтобы показать себя и нетщеславными, и мужественными. Лукавым же здесь называет Христос диавола, повелевая нам вести против него непримиримую брань и показывая, что он таков не по природе. Зло зависит не от природы, но от свободы. А что преимущественно диавол называется лукавым, то это по чрезвычайному множеству зла, в нем находящегося, и потому, что он, не будучи ничем обижен от нас, ведет против нас непримиримую брань. Поэтому Спаситель и не сказал: «избави нас от лукавых», но — от лукаваго,— и тем самым научает нас никогда не гневаться на ближних за те оскорбления, какие мы иногда терпим от них, но всю вражду свою обращать против диавола как виновника всех зол. Напоминанием о враге сделав нас более осторожными и пресекши всякую беспечность нашу, Он воодушевляет нас далее, представляя нам того Царя, под властью Которого мы воинствуем, и показывая что Он могущественнее всех: Яко Твое есть Царство, и сила, и слава во веки. Аминь, - говорит Спаситель. Итак, если Его Царство, то не должно никого бояться, так как никто Ему не сопротивляется и никто не разделяет с Ним власти.

Когда Спаситель говорит: Твое есть Царство, то показывает, что и тот враг наш подчинен Богу, хотя, по-видимому, еще и сопротивляется по попущению Божию. И он из числа рабов, хотя и осужденных и отверженных, а потому не дерзнет нападать ни на одного из рабов, не получив прежде власть свыше. И что я говорю: ни на одного из рабов? Даже на свиней не дерзнул он напасть до тех пор, пока сам Спаситель не повелел; ни на стада овец и волов, доколе не получил власти свыше.

И сила, - говорит Христос. Итак, хотя бы ты и весьма был немощен, однако должен дерзать, имея такого Царя, Который и чрез тебя легко может совершать все славные дела, И слава во веки, Аминь,

(Толкование на святого Матфея евангелиста
Творения Т. 7. Кн. 1. СП6., 1901. Репринт: М., 1993. С. 221-226)


 

Толкование молитвы Отче наш в видео формате